Моему дедушке

Вы знаете, что такое книга?

Вы знаете, что такое первая книга, хоть и сшитая вручную?

Сегодня на паре Михай Леску вспомнил о ней…

*     *     *

Мне было 14.

Я была влюблена. Конечно, он был старше (ему исполнилось 15). И он, мудрый и взрослый мужчина не понял всей тонкости моей поэтичной души. И тогда…

*     *     *

У нее были крылья. А он не знал, вернее не хотел верить.

Она умела летать. А он и знать об этом не хотел. Спуская ее каждое утро с лиловых облаков, он говорил:
– Не выдумывай, глупышка. Ты не умеешь летать.

А она не обижалась. И снова улетала. Бродила одиноко по облакам, бросала солнце как мяч. Ловила мечты людей и играла ими словно песком, пропуская их сквозь нежные пальцы.
Но приходил он. Он был старше ее, он не умел летать. Он находил ее, потому что у него были связи.

Она убегала от него, игриво смеясь и окунаясь в очередное облако. А ему стоило щелкнуть пальцами, как две большие, хищные птицы, останавливали ее.

У нее была детская душа. Она любила полевые ромашки. Он находил тону ромашек. Осыпая ее с ног до головы.
Но она не смеялась.
Она смотрела на них. Крупные, садовые, бездушные цветы веяли холодом также как и он.

Она была ветром. Каждую ночь летела она к звездам, отправляя им воздушные поцелуи.
Звезды сплетали ей венок и предлагали остаться с ними.

Но приходил он.
– Не выдумывай, глупышка. Ты не ветер, – говорил он.

Она любила дождь.
Она пробиралась сквозь капли, к самому сердцу дождя. Она была радугой.

Она рисовала ее цвета, окуная кисть в лужи. Она рисовала город.
– Не выдумывай, глупышка. Ты не радуга, – говорил он.

У нее было сердце поэта. Она подбрасывала его в облака и окунала в воду. Она любила поэзию…
– Не выдумывай, глупышка, – говорил он. – Ты не поэт.

Она любила рисовать.
Окунет как-то кисть в акварель и нарисует закат.
Потом подарит его людям. Но приходил он:
– Не выдумывай, глупышка. Ты не художник.

Однажды она улетела. Улетела навсегда.
Оставив крылья. А может, ушла. Босиком, собирая ромашки и вплетая их в волосы.
Он остался один…
Он брал ее кисти и пробовал рисовать закат. «Я не художник», – подумал он.
Он пробовал писать стихи. Рвал бумагу и думал: «Нет, я не поэт».
Он рвал ромашки, смотрел на звезды, раскрашивал радугу, окуная кисть в лужи.
Ходил по лиловым облакам.

Потом взял ее крылья.
Встал на самое высокое облако.
Рванулся вниз.
«Я не умею летать», – подумал он.

*     *     *

Мне было 20.

Я везла ее, красавицу в зеленой обложке, сшитую и склеенную моим дедушкой, в Кишинев. Клей еще не подсох и темно-зеленый корешок был зажат прищепками.

*     *     *

Сегодня я пробежалась глазами по ее страничкам и заулыбалась. Она о любви, о школе, о дружбе и потерях.  Она смешная и грустная. Она моя.

Спасибо, дедушка.

Comments

comments